Введение
Первичная цилиарная дискинезия (ПЦД) — редкое наследственное заболевание из группы цилиопатий, в основе которого лежит генетически детерминированный дефект ультраструктуры ресничек эпителия респираторного тракта и аналогичных им структур (жгутики сперматозоидов, ворсины маточных труб, реснички эпендимы желудочков мозга и др.), приводящий к нарушению их двигательной функции [1].
В норме реснички обеспечивают продвижение бронхиального секрета в проксимальном направлении, благодаря этому мукоцилиарный клиренс ежедневно защищает организм от бактерий и других ингалируемых агентов [2–4]. Дефекты ультраструктуры ресничек при ПЦД обусловливают их функциональную несостоятельность, что приводит к нарушению мукоцилиарного клиренса, застою слизи в просвете дыхательных путей и размножению бактерий. Данные изменения служат патогенетической основой для развития хронических и рецидивирующих инфекций дыхательных путей (бронхиты, пневмонии, отиты, синуситы), нередко дебютирующих уже в неонатальном периоде [1, 3, 5]. Клинические проявления ПЦД во многом схожи с таковыми при первичных иммунодефицитах, что нередко становится причиной диагностических затруднений. В связи с этим генез частых респираторных инфекций может ошибочно рассматриваться как следствие дефектов иммунитета [6, 7].
Цель исследования: оценить состояние клеточного и гуморального звеньев иммунной системы у детей с ПЦД и определить влияние потенциальной иммунной дисрегуляции на течение заболевания.
Материал и методы
Исследование проведено на базе отдела хронических воспалительных и аллергических болезней легких у детей Института Вельтищева. В исследование включили 66 детей с верифицированным диагнозом первичной цилиарной дискинезии (34 мальчика, 32 девочки) в возрасте от 9 мес. до 18 лет. Для оценки гуморального звена иммунитета определяли уровни сывороточных иммуноглобулинов (Ig) классов A, G и M. Клеточное звено оценивали по уровню лимфоцитов и субпопуляционному составу лимфоцитов периферической крови, включая следующие параметры: Т-лимфоциты (CD3+), Т-хелперы (CD3+CD4+), Т-цитотоксические (CD3+CD8+), В-лимфоциты (CD19+), иммунорегуляторный индекс, NK-клетки (CD16+CD56+), HLA-DR+ активированные Т-лимфоциты (CD3+HLA-DR+), Т-киллеры (Т-NK) (CD3+CD16+CD56+). Интерпретацию лабораторных показателей осуществляли в соответствии с возрастными референтными значениями.
Результаты и обсуждение
Оценка гуморального иммунитета. По результатам исследования у большинства детей уровень IgA, IgG и IgM находился в пределах референтных значений (80,3, 90,9 и 93,9% соответственно). При этом ни в одном случае не было зарегистрировано снижения уровня IgG или IgA ниже нормативных значений, а снижение уровня IgM выявлено только у 1 (1,5%) ребенка, однако данное отклонение было незначительным (уровень IgM составлял 0,47 г/л при норме от 0,5 до 3,0 г/л), а уровни остальных иммуноглобулинов оставались в пределах нормы, что не позволяет делать вывод о наличии гипогаммаглобулинемии. Повышение уровня IgA (у 19,7%), IgG (у 9,1%), IgМ (у 4,5%) может рассматриваться как реакция иммунной системы на персистирующую, а в случае IgG — ранее перенесенную инфекцию (табл. 1).
Оценка клеточного иммунитета. Анализ клеточного звена иммунитета показал, что относительное и абсолютное количество В-лимфоцитов (CD19+) у большинства детей соответствовало возрастным нормам — у 50 (75,8%) и у 48 (72,7%) соответственно, снижение абсолютного количества отмечалось у 12 (18,2%) обследованных, однако уровни иммуноглобулинов оставались нормальными, поэтому данное снижение нельзя расценивать как общую вариабельную иммунную недостаточность либо агаммаглобулинемию [8].
Количество лимфоцитов у 61 (92,4%) ребенка было в рамках нормальных значений, повышение абсолютных значений отмечалось у 4 (6,1%) детей. Снижение абсолютного числа лимфоцитов отмечено у 1 (1,5%) ребенка.
Уровень Т-лимфоцитов (CD3+) в половине случаев находился в пределах возрастных норм, повышение наблюдали в отношении как абсолютного, так и относительного количества Т-лимфоцитов у 17 (25,8%) и 25 (37,9%) детей соответственно. Повышение уровня Т-лимфоцитов, представляющих собой зрелые, функционально активные T-клетки, является следствием активации T-клеточного звена в ответ на антигенную стимуляцию [9]. Снижение абсолютного и относительного количества Т-лимфоцитов отмечено у 12 (18,2%) и 8 (12,1%) обследованных, однако выявленное снижение не было сопряжено с развитием тяжелых инфекционных заболеваний, что не позволяет судить о выраженном клеточном дефиците.
Абсолютное количество Т-хелперов было в норме у 42 (63,6%) детей, повышение отмечалось у 14 (21,2%), что типично для воспалительных состояний [10, 11]. Среди анализируемой группы детей отмечено умеренное снижение абсолютного и относительного числа Т-хелперов (15,2%), не достигающее, однако, критериев иммунодефицита.
Анализ субпопуляции Т-цитотоксических лимфоцитов (CD3+CD8+) показал, что их относительное количество соответствовало норме у 53 (80,3%) детей, а абсолютное — у 40 (60,6%). Снижение этих показателей наблюдали у 12 (18,2%) и у 23 (34,8%) соответственно, тогда как повышение отмечено в единичных случаях: абсолютного показателя — у 3 (4,5%) детей, относительного — у 1 (1,5%) ребенка. Т-цитотоксические клетки образуются в ходе связывания Т-клеточного рецептора (в комплексе с CD3+) с молекулами главного комплекса гистосовместимости I класса. Острая и хроническая инфекции запускают разные программы дифференцировки. При острой инфекции формируются две основные популяции: терминально дифференцированные эффекторные клетки (SLEC), обеспечивающие быструю элиминацию инфицированных клеток с последующим апоптозом, и клетки-предшественники памяти (MPEC), формирующие пул клеток долговременной памяти. В условиях хронической инфекции, характерной для ПЦД, персистирующая антигенная стимуляция через TCR приводит к альтернативной программе дифференцировки с образованием окончательно истощенных Т-клеток (TEX). Эти клетки способны лишь частично контролировать, но не полностью устранять инфекцию. Выявленное снижение показателей отражает влияние хронического инфекционно-воспалительного процесса, который приводит не только к функциональному истощению, но и к снижению пролиферативной активности Т-цитотоксических лимфоцитов [12–16].
У 26 (39,4%) детей иммунорегуляторный индекс был повышен, что связано с относительным снижением Т-цитотоксических лимфоцитов или увеличением Т-хелперов; в пределах референтных значений индекс находился у 32(48,5%) детей, был снижен у 8 (12,1%).
Подавляющее большинство детей имели уровень HLA-DR+ активированных Т-лимфоцитов в пределах референтных значений (относительное количество у 54 (81,8%) детей, абсолютное — у 47 (71,2%)). Повышение абсолютного количества лимфоцитов данной субпопуляции, отражающих наличие активного хронического воспаления, отмечено у 18 (27,3%) детей [9]. Снижение относительного уровня HLA-DR+ активированных Т-лимфоцитов выявлено у 3 (4,5%) детей, а абсолютного — у 1 (1,5%) ребенка. При этом у двух из них абсолютные показатели были в норме, и только у одного отмечено сочетанное снижение как относительного, так и абсолютного их количества на фоне неизмененных остальных параметров клеточного иммунитета.
При оценке содержания NK-клеток (CD16+CD56+) в периферической крови отмечено их снижение: относительного количества у 17 (25,8%) детей, и абсолютного — у 18 (27,3%). Несмотря на это, у большинства обследованных показатели находились в пределах возрастных норм (относительные — у 45,5%, абсолютные — у 51,5%), а повышение абсолютного количества NK-клеток отмечено у 14 (21,2%) детей, что характерно для активного воспалительного процесса [9]. Обнаруженное снижение количества NK-клеток в периферической крови, вероятно, носит компенсаторно-перераспределительный характер. Интерстициальная легочная ткань характеризуется одной из самых высоких концентраций NK-клеток среди всех органов, что подчеркивает важнейшую роль этих клеток в иммунной защите респираторного тракта. Данная популяция представлена в основном не резидентными клетками, а клетками, активно рециркулирующими между кровью и легочной тканью. Прямым доказательством этого служат наблюдения при острой респираторной инфекции, вызванной SARS-CoV-2, когда снижение количества NK-клеток в периферической крови коррелирует с их увеличением в бронхоальвеолярном лаваже, что свидетельствует об активной хемокининдуцированной миграции (с участием рецепторов CXCR3, CXCR6 и CCR5) в очаг воспаления [17].
Абсолютное содержание Т-NK клеток (CD3+CD16+CD56+) находилось в пределах референтных значений у 56 (84,8%) детей, относительное — у 50 (75,8%). Повышение абсолютного показателя отмечено у 10 (15,2%) детей, относительного — у 12 (18,2%). Выявленное повышение уровня Т-NK-клеток характерно для длительного хронического воспалительного процесса [9]. Снижение относительного количества Т-NK клеток наблюдали у 4 (6,1%) детей, при этом случаев снижения абсолютного показателя ниже нормы зарегистрировано не было (табл. 2).
Анализ клеточного иммунитета у детей с ПЦД показал, что у большинства пациентов основные субпопуляции лимфоцитов (CD3+, CD4+, CD19+, NK) находятся в пределах возрастных норм, а выявленные отклонения (как повышение, так и снижение отдельных показателей) носят не системный иммунодефицитный, а реактивный характер, отражая хроническую антигенную стимуляцию на фоне персистирующего воспаления дыхательных путей.
Заключение
По результатам оценки иммунной системы у детей с ПЦД не было выявлено признаков значимого снижения показателей иммунитета, характерных для иммунодефицитных состояний. У большинства детей показатели гуморального и клеточного звеньев иммунной системы находился в пределах нормы. Отдельные отклонения субпопуляционного состава лимфоцитов носят вторичный характер и обусловлены длительным инфекционно-воспалительным процессом вследствие нарушения мукоцилиарного клиренса и бактериального обсеменения бронхиальной слизи. Иммунная система детей с ПЦД раздражена, так как функционирует в режиме постоянной активации. Изменения в иммунограммах отражают не нарушение иммуногенеза, а компенсаторную перестройку лимфоцитарного пула в ответ на инфекционное воздействие и хроническое воспаление.
Основным фактором, определяющим рецидивирующее течение инфекционного процесса у детей с ПЦД, является не первичный иммунодефицит или системная иммунная дисрегуляция, а стойкое нарушение мукоцилиарного клиренса, обусловленное генетическим дефектом ультраструктуры ресничек. Именно этот механический дефект создает условия для хронической бактериальной колонизации дыхательных путей, персистирующего воспаления и повторных инфекций, тогда как выявленные изменения в иммунограммах носят вторичный, реактивный характер и отражают компенсаторный ответ на длительную антигенную стимуляцию, а не недостаточность иммунной защиты.
Частые респираторные инфекции при ПЦД объясняются не столько иммунокомпрометированным состоянием, сколько хроническим бактериальным воспалением вследствие нарушения мукоцилиарного клиренса.
Сведения об авторах:
Мизерницкий Юрий Леонидович — д.м.н., профессор, заслуженный работник здравоохранения Российской Федерации, заведующий отделом хронических воспалительных и аллергических болезней легких Института Вельтищева; 125412, Россия, г. Москва, ул. Талдомская, д. 2; профессор кафедры инновационной педиатрии и детской хирургии института непрерывного образования и профессионального развития ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России (Пироговский Университет); 117513, Россия, г. Москва, ул. Островитянова, д. 1, стр. 6; ORCID iD 0000-0002-0740-1718
Новак Андрей Александрович — к.м.н., врач-пульмонолог, педиатр, ведущий научный сотрудник отдела хронических воспалительных и аллергических болезней легких Института Вельтищева; 125412, Россия, г. Москва, ул. Талдомская, д. 2; ORCID iD 0000-0001-9398-2215)
Дьяченко Дарья Павловна — клинический ординатор кафедры госпитальной педиатрии им. академика В.А. Таболина института материнства и детства ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России (Пироговский Университет); 117513, Россия, г. Москва, ул. Островитянова, д. 1, стр. 6.
Контактная информация: Мизерницкий Юрий Леонидович, e-mail: yulmiz@mail.ru
Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.
Конфликт интересов отсутствует.
Статья поступила 24.07.2026.
Поступила после рецензирования 18.08.2026.
Принята в печать 31.08.2026.
About the authors:
Yuryi L. Mizernitsky — Dr. Sc. (Med.), Professor, Honored Healthcare Worker of the Russian Federation, Head of the Department of Chronic Inflammatory and Allergic Lung Diseases Veltishchev Institute; 2, Taldomskaya str., Moscow, 125412, Russian Federation; Professor of the Department of Innovative Pediatrics and Pediatric Surgery, Institute of Continuing Education and Professional Development, Pirogov Russian National Research Medical University; 1, bldg. 6, Ostrovityanov str., Moscow, 117997, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-0740-1718
Andrey A. Novak — C. Sc. (Med.), Pulmonologist, Pediatrician, Leading Scientific Officer, Department of Chronic Inflammatory and Allergic Lung Diseases, Veltishchev Institute; 2, Taldomskaya str., Moscow, 125412, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-9398-2215
Daria P. Dyachenko — Clinical Resident at the Department of Hospital Pediatrics named after Academician V.A. Tabolin, Institute of Motherhood and Childhood, Pirogov Russian National Research Medical University; 1, bldg. 6, Ostrovityanov str., Moscow, 117513, Russian Federation.
Contact information: Yuryi L. Mizernitsky, e-mail: yulmiz@mail.ru
Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.
There is no conflict of interest.
Received 24.07.2026.
Revised 18.08.2026.
Accepted 31.08.2026.
