Отвращение как эмоция серьёзно отличается от всех остальных обсуждаемых мною эмоций в контексте врачебной деятельности. Отвращение – это, пожалуй, единственное эмоциональное переживание, которое провоцируется биологическими агентами – различными жидкостями и запахами.
Отвращение как эмоция серьёзно отличается от всех остальных обсуждаемых мною эмоций в контексте врачебной деятельности. Отвращение – это, пожалуй, единственное эмоциональное переживание, которое провоцируется биологическими агентами – различными жидкостями и запахами. Суть этой эмоции заключается в попытке организма защититься от контакта с чем-то потенциально опасным и неприятным, с чем-то, что имеет признаки разложения и способно нам навредить.

Мы живём в противопоставлении себя и внешнего мира, себя и других. Другие люди вызывают у нас противоречивые чувства. С одной стороны, они нужны нам, порой как единственное подтверждение нашего собственного существования, с другой стороны, другие люди – это потенциальная угроза нашему благополучию, нашей стабильности. Работа врача связана с постоянными и интенсивными контактами с другими людьми, и их состояние само по себе может представлять опасность для специалиста. Часть врачебных профессий напрямую связана с тем, что опасность возникает именно в контакте с пациентом, поэтому страх и отвращение – постоянные спутники врача. Врачебная деятельность в каком-то смысле противоречит базовым настройкам безопасности человеческого вида.

Инфекционисты контактируют с источниками инфекций: контакт с пациентом может быть опасен для врача. При оказании помощи врач может заразиться и умереть или серьёзно пострадать от того, что он пытается вылечить. Этот сюжет стал актуален для многих специалистов, оказывающих медицинскую помощь в условиях коронавирусной инфекции. Работая на «скорой» или в стационаре, ведя амбулаторный приём, врач подвергает опасности свою жизнь, но при этом ему приходится контактировать с человеком, у которого может быть кровотечение, рвота или диарея. Мы очень осторожно относимся к собственным выделениям, но чужие жидкости у многих вызывают ступор и отвращение. Отвращение в этом случае – это естественная защитная реакция у человека. И если вы вдруг забыли, то врачи всё ещё относятся к людям. Хотя, возможно, я пропустил какой-то свежий приказ Минздрава на этот счёт и что-то поменялось.
Есть процесс, суть которого заключается в том, чтобы произошёл отбор устойчивых специалистов или их приучение к постоянному контакту с неприятными сторонами физиологии человека. Это профессиональное обучение, который сам по себе напоминает ступенчатую инициацию, вхождение в медицинское «племя». Сначала первый поход в анатомичку, где происходит столкновение с мёртвым человеческим телом, лишённым опознавательных признаков. Затем студент идёт на своё первое вскрытие, на свою первую операцию, выполняет первые опыты с лягушками. И пусть он не станет хирургом и больше никогда не побывает на вскрытии, кроме своего собственного, но ему суждено пройти эти обряды. У многих из нас есть истории про тех, кто покинул медицинский институт из-за непереносимости вида крови – не прошёл необходимые «обряды» для посвящения во врачи. Это непривычный взгляд на профессию врача, но в его пользу есть разумные доводы в опыте каждого из нас. В профессии врача до сих пор много достаточно архаичных и ритуальных вещей, что позволяет сакрализировать эту работу.

Постепенная утрата отвращения сопутствует процессу профессионального становления. Архетипический врач ест бутерброд над вскрываемым телом, но у этого образа, как и у всякого стереотипа, существуют исключения. Мне кажется, их больше, чем нам самим кажется. Лишение врача отвращения делает его не-вполне-человеком, выводя его за рамки повседневного существования. Я не могу сказать, что это приподнимает врача над всеми остальными, но мне кажется, что это создаёт ауру потустороннего для докторов. Лишённый отвращения и страха, приходящий туда, где беда и боль, врач становится мистической фигурой в глазах людей, но при этом теряет свою человеческую природу. Её утрата – это существенный негативный фактор для самого врача. Нам никогда не нужно забывать, что под нашими белыми халатами есть люди. И испытывать отвращение – это нормально, как нормально чувствовать тошноту при улавливании неприятных запахов.

Виктор Лебедев, врач-психиатр, руководитель проекта "Дело Пинеля"