Психиатрия часто стоит отдельно от остальных отраслей врачебной деятельности, потому что занимается какой-то «немедицинской» медициной.

Психиатрия часто стоит отдельно от остальных отраслей врачебной деятельности, потому что занимается какой-то «немедицинской» медициной. В психиатрии нет объективных методов исследований (на самом деле есть), в психиатрии нет понятия нормы (тоже есть, хотя и оно несколько сложнее, чем может показаться на первый взгляд), а сами психиатры занимаются какими-то непонятными болезнями, которые диагностируют только со слов пациента (тоже не до конца верно).

Отдалённость и отделённость психиатрия от всей остальной медицины играет не на руку соматическим специалистам и специалистам по психическому здоровью. Первые пропускают очевидные случаи психических расстройств, проявляющиеся соматическими (телесными) симптомами – депрессия, тревожные и соматоформные расстройства. Вторые не видят побочных эффектов от назначенной собственными руками терапии и не учитывают остальные – не психиатрические – особенности анамнеза и состояния пациента. Хотя интеграция психиатрии и остальных специальностей постепенно происходит, результаты этой интеграции могут быть лучше. Глубинные изменения во врачебной практике в этом случае позитивно скажутся и на качестве помощи пациентам и на здоровье людей, обращающихся за ней.

Сближение медицинских направлений с психиатрией позволяет уверенно расценивать психические расстройства как обычные болезни. Мы легитимизируем их право на существование в эпикризах и амбулаторных картах, нормализуем опыт психического расстройства во врачебном сообществе. Проблема стигматизации со стороны врачей не психиатрических специальностей своими корнями уходит в бытовое отношение к психическим расстройствам, которое не пропадает у будущих врачей за время прохождения короткого цикла психиатрии в ВУЗе. Впрочем, психиатрия тут не одинока: в акушерстве и гинекологии врачами часто воспроизводятся бытовые стереотипы, прямо противоречащие научным данным или не соотносящиеся с ними.

Между расстройством психики и заболеванием тела нет особенной разницы. Проведённое мною разделение в основном искусственное и плохо доказывается объективными сведениями. Депрессию можно легко сравнить с переломом ноги. И то, и то состояние обычно - это временные проблемы, не перерастающие в хроническую болезнь. В обоих случаях возникает ограничение жизнедеятельности и утрата способности осуществлять привычные и необходимые для человека процедуры. И в случае депрессии, и в случае перелома человек может получить лист нетрудоспособности.

Для того, чтобы вылечить депрессию и перелом, нужна иммобилизация, хотя бы временная, чтобы дать организму восстановиться. По этой причине при депрессии полезно не суетиться и не пытаться быть как раньше, быть как все. Это может только повредить в какой-то момент. Учитывая существующую практику операций по остеосинтезу, сравнение получается не полным, что бывает с каждым сравнением.

Очевидно, что человеку вредно бегать со сломанной ногой. Также понятно, что бессмысленно требовать от человека с переломом ноги прежней скорости передвижения. И абсолютно бессмысленно требовать от человека в депрессии прежней продуктивности, в том числе ему от самого себя. Последнее бывает очень часто: люди буквально заставляют себя быть нормальными, быть «как раньше», на что тратят уйму сил, подрывая собственное восстановление. Если перелом неправильно срастется, то это будет портить жизнь пациенту, затрудняя нормальное передвижение и ограничивая. Не вылеченная депрессия будет давать такой же эффект, если не хуже. В старых фильмах показывают, как ломают кости при неправильно сросшихся переломах, чтобы их поставить на место. Иногда мне кажется, что лечение затяжных и атипичных депрессий приносит нашим пациентам не меньше страданий, чем эта операция, но такие вмешательства всё равно нужны.

Человеку с переломом или депрессией нужна помощь специалистов в восстановлении в случае обеих проблем со здоровьем. Психическая жизнь, работа мозга – это такая же часть нашего организма, как ноги. И для них есть специальные врачи, которых не надо бояться и к которым можно отправлять своих пациентов для консультации.

Виктор Лебедев, врач-психиатр, руководитель проекта "Дело Пинеля"